Летопись Освобождения Мариуполя 13 июня 2014 г.

Anton Gerashchenko додає 12 new photos — разом ізІгором Мосійчуком та 10 others.

Вчора о 9:03 · Змінено ·

13 июня - день освобождения Мариуполя !

Сегодня исполняется ровно год с момента освобождения от путинских террористов жемчужины Приазовья - Мариуполя!

Именно этот памятный день нужно по праву считать переломной датой в истории развязанного Россией конфликта на Донбассе.

До этого момента Путин и его стратеги рассчитывали проводить гибридную войну против Украины силами пророссийски настроенных украинских граждан типа Губарева, Болотова, покойных Мозгового, "Бетмена" и тому подобных чертей, российскими разведывательными группами из вчерашних сотрудников спецслужб, по примеру Стрелкова и компании, и бандами так называемых "казаков", а-ля Бабай и Козицын.

Украинская армия на тот момент уже полтора месяца пыталась блокировать Славянск и не добилась ощутимых успехов. Понадобится еще три недели для того чтобы жестко замкнуть кольцо и вынудить Стрелкова принять решение бежать в Донецк.

По состоянию на 12 июня, до штурма Мариуполя, террористы контролировали примерно 80 % территории Донецкой и Луганской областей на которой проживало около 6 миллионов жителей и производилось почти четверть ВВП.

Из них в Мариуполе и прилегающих районах проживало более 700 тысяч жителей и располагалась значительная часть мощных промышленных предприятий, в том числе заводы гиганты - "Азовсталь", меткомбинат имени Ильича, "Азовмаш".

Эти заводы имели и имеют стратегическое значение для обороны Украины, так как именно на них, и больше нигде в нашей стране, не производится броня для танков и бронемашин.

Потеря Украиной Мариуполя, означала невозможность производства новых танков и бронетранспортеров и окончания сборки уже начатых машин.

В том числе и поэтому Мариуполь был так важен для Путина и его стратегов.

С середины апреля Мариупольский горсовет был захвачен бандами сепаратистов, которые наводили ужас на местных жителей и показывали что теперь они хозяева в городе. А после трагедии 9 мая, когда террористы по команде из Москвы штурмовали городское УВД, - город полностью перешел под их контроль. При этом они ранили и взяли в плен начальника УВД Валерия Андрощука и убили начальника ГАИ Виктора Саенко, бойца добровольческого батальона милиции "Азов" Родиона Добродомова.

Террористы заблокировали бетонными блоками несколько улиц в историческом центре Мариуполя, захватили несколько административных зданий и устроили такой себе укрепрайон для отражения возможных атак с украинской стороны.

Штабом так называемой Донецкой народной республики в Мариуполе они сделали корпус Государственного приазовского технического университета и здание банка «Греческий» со стенами в метровую толщину.

Милиция, СБУ и прокуратура были полностью парализованы, а многие их сотрудники уже готовились примерять на себя российскую форму, по примеру своих крымских коллег.

Сопротивление этой сепаратисткой экспансии в своем родном городе пытался организовать действующий на тот момент губернатор, коренной мариуполец, Сергей Тарута. Однако он был генералом без армии. Приказы, поставленные силовым структурам, попросту не выполнялись ввиду их паралича и предательства.

После событий 9 мая и фактической потери контроля над третьим по размеру городом Донбасса - Мариуполем, Украина контролировала лишь мариупольский аэродром, на котором находилось несколько сот нацгвардейцев, военных ВСУ и полторы сотни добровольцев из батальона "Азов", часть из которых была переправлена туда по воздуху в ходе беспрецедентной на тот момент десантной операции, подготовленной за несколько часов и о которой я я для истории расскажу отдельно.

В тот момент полным ходом шла подготовка к Президентским выборам 25 мая и губернатор Тарута "колотился как рыба об лед", чтоб попытается освободить город от террористов и дать возможность мариупольцам проголосовать за украинского Президента.

Однако сил и средств, а главное боеспособных подразделений способных провести штурм укрепрайона террористов в центре Мариуполя, попросту не было. Все более-менее боеспособные части были стянуты под Славянск и уже месяц безуспешно пытались окружить там банды Гиркина.

Примерно 12 мая, в кабинете Министра МВД состоялась встреча Арсена Авакова с Сергеем Тарутой и его 1-м заместителем Андреем Николаенко, в которой принимал участие и я. На ней обсуждался вопрос - как нам очистить Мариуполь от террористов в условиях полного паралича местных силовых структур и отсутствия в районе Мариуполя боеспособных подразделений, способных на это по своим моральным и боевым качествам.

Арсен Аваков и Сергей Тарута хотели попытаться освободить Мариуполь до дня голосования в мае и дать возможность мариупольцам проголосовать, чтоб показать всем, что Мариуполь это никакая не ДНР, а Украина!

В ходе встречи пришли к выводу, что провести штурм Мариуполя существующими частями армии и Национальной гвардии не представляется возможным.

Единственный вывод к которому тогда пришли - это необходимость доукомплектования и довооружения только что созданного из участников Майдана и возглавляемого Андреем Билецким добровольческого батальона милиции "Азов", дислоцированного в мариупольской аэропорту в ужасных бытовых условиях после срочной переброски по воздуху 9 мая.

Была сделана ставка не на тех, кто годы и десятилетия служил в кадровых частях ВСУ или Внутренних войск, а на тех, у кого было вдоволь силы духа и желания защитить Украину от террористов. На тех, кто не был связан по рукам и ногам предрассудками и должностными инструкциями и был готов открывать огонь по врагам Украины, прежде чем они выстрелят в тебя.

На тех, кто получил в руки оружие за 10 дней до того, когда 5 мая Александр Турчинов и Арсен Аваков дали приказ сформировать и вооружить батальон "Азов", горячим поборником чего, буду честен, был кандидат в Президенты Олег Ляшко.

После этой встречи я вызвался, по собственной инициативе, набросать план штурма укрепрайона террористов, который я решил сегодня опубликовать, как своего рода исторический документ. На сегодня он не содержит каких-либо секретных сведений или фактов, которые стоило бы скрывать от общества.

В нем я постарался подробно изложить направления и методику удара, направленного на очистку Мариуполя от террористов. Первоначально штурм планировался на пятницу 23 мая, чтоб успеть завести бюллетени и организовать голосование, однако после анализа имеющихся сил и средств стало ясно, что это невозможно.

Арсен Аваков принял решение действовать по принципу "семьдесят семь раз отмерь и один раз отрежь" и поставить во главу угла сбережение человеческих жизней.

Поэтому решение о дате штурма было перенесено на более позднюю дату с целью лучшей подготовки бойцов батальона "Азов" и минимизации потерь.

После, между 20 мая и 10 июня, было еще два совещания в кабинете Министра МВД, в которых принимали участие командир батальона "Азов" Андрей Билецкий, его начштаба Вадим Троян, командующий Нацгвардией генерал Степан Полторак, его начштаба генерал Кривенко, зам Министра МВД Сергей Яровой, Сергей Тарута, и его зам Андрей Николаенко.

Фактически за несколько недель стояла задача сформировать из горстки добровольцев-майдановцев штурмовой отряд, способный очистить Мариуполь от террористов.

Кто-то из диванных стратегов, рыцарей мышки и клавиатуры, может начать сейчас причитать - как же так, Вы бросали неподготовленных ребят на верную смерть и тому подобное, но я скажу, что во-первых у нас не было другого выхода - или мы бы освободили Мариуполь и начали развивать этот военный, моральный и политический успех или ДНР и ЛНР были бы в Запорожье, Днепропетровске и Харькове.

А во-вторых, мотивация "азовцев" и их желание спасти родную страну от угрозы путинского терроризма была настолько велика, что было бы преступлением не задействовать этот сумашедший человеческий и духовный потенциал для начала освобождения нашей Родины.

По предложению Андрея Билецкого, Министр принял решение перевести "Азов" в Бердянск, где ребята могли доформироваться, довооружиться, оформить документы и, самое главное, провести огневую подготовку из стрелкового оружия и гранатометов на местном полузаброшенном стрельбище, вдали от посторонних глаз.

Подготовку осуществляли опытные бойцы имевший афганский опыт и опыт участия в миротворческих миссиях, такие как Душман, Боцман и другие.

Одним из советников Азовцев был также Дмитрий Корчинский, который делился с новобранцами своим опытом войны в Приднестровье, Абхазии и Чечне.

Во время подготовки штурма один раз проводилась активная разведка боем и разведка наблюдением. Разведку проводил лично командир батальона Андрей Билецкий, начштаба Вадим Троян, а также добровольные помощники, особенно колоритным из которых был Игорь Мосийчук.

Знали бы тогда террористы, кто к ним наведывается в гости, то точно обрадовались бы новой жертве.

Первое свое боевое крещение в той разведке боем получил муж Татьяны Черновол, - Николай Березовой, который впоследствии трагически погиб в августе под Илловайском.

Окончательной датой штурма была намечена пятница 13 июня, к которой "азовцы" успели подготовить несколько импровизированных бронемашины на базе КАМАЗов и УРАЛов и посадить на одну из них "зушку" (ЗУ 23/2), которая должна была стать основной мощью огневого удара.

Также к тому моменту "азовцы" отрепетировали работу штурмовых групп, сделав на полигоне в Бердянске, макет укрепрайона террористов обозначив границы зданий и улиц шинами.

Для поддержки штурмовых групп "азовцев" в Мариуполь была направлена одна из рот добровольческого батальона "Днепр-1" Юрия Березы. Для оцепления района спецоперации были задействованы до 500 бойцов Нацгвардии и ВСУ.

Общее руководство операцией осуществлял командующий сектором "М" генерал Нацгвардии Николай Климчук.

Штурм начался в 5 утра с массированного обстрела укреплений террористов из ЗУ-23/2, смонтированного на бронированном грузовике.

После чего вперед пошли штурмовые группы "азовцев", конечной целью которых было взятие здания "Греческого банка", в котором располагалась штаб-квартира террористов.

На пути "азовцев" была хорошо продуманная система саперных заграждений включающих в себя мины-ловушки, заложенные под канализационные люки, брусчатку, трещины в асфальте и управляющиеся дистанционно. На одной из таких мин подорвался боец батальона "Азов" Руслан с позывным "Легионер".

Он получил тяжелейшие ранения - ему чуть не оторвало руку и он получил множественные осколочные ранения брюшной полости. Для того чтобы ему сохранить руку, врачи потом проведут 19 (!) операций!

Чтобы спасти Руслана и перевезти его в Киев был направлен единственный санитарный самолет Министерства обороны, который чуть не поломался в воздухе при взлете из Мелитополя. А из Мариуполя в Мелитополь тяжело раненного эвакуировали вертолетом ВСУ.

После начала штурма, боевики-террористы поняли, что их песенка спета и начали разбегаться и прятаться как крысы по подвалам и чердакам, откуда их выковыривали "Азовцы". Зачисткой лично руководил комбат "Азова" Андрей Билецкий. Активную роль в зачистке играли группы Черкаса и Владимира Шпары - бывшего "Васильковского террориста".

К сожалению, лидер мариупольских боевиков-террористов "Чечен" получил информацию о готовящемся штурме и с рядом членов своей банды за день покинул Мариуполь, не предупредив остальных подельников. В очередной раз подтверждает факт, на войне даже малейшая утечка информации может привести к не достижению поставленных целей.

По итогу штурма было убито несколько сепаратистов и задержано более 20 человек.

Никто из мирных жителей Мариуполя, серьезно не пострадал.

К сожалению из за не опытности бойцов стоявших в оцеплении, и отсутствии жесткой команды на временное задержание каждого, многим сепаратистам удалось бросив свое оружие выйти за зону оцепления прикинувшись мирными жителями.

Самый главный результат операции по освобождению Мариуполя добровольцами, был в том, что сам факт первого штурма в городских условиях показал, что горстка добровольцев /патриотов, всего месяц назад получивших в руки оружие, может бить врага, который до того чувствовал себя абсолютно безнаказанным.

По мнению многих, кто был в курсе ситуации с боеспособностью ВСУ по состоянию на конец мая, начало июня прошлого года, именно после освобождения Мариуполя добровольческими батальонами, офицеры Вооруженных сил Украины среднего командного звена, начали расправлять плечи и брать ответственность на себя, беря за пример импровизацию вчерашних ребят с Майдана, приспособивших под себя бронированные КАМАЗы с ЗУшками и УТЕСами, переделанныые в ручную на одной из автобаз в Бердянске.

Вечером 13 июня я был приглашен на ток шоу "Шустер Live", где встретил Михаила Саакашвили, который видел мою пресс-конференцию по итогам освобождения Мариуполя.

Он сказал мне: "Антон, сегодня Вы в Мариуполе победили Путина! Он теперь понял, что никакой сепаратизм в Украине не пройдет!"

Так и получилось. После потери Мариуполя Путин и его стратеги приняли решение послать в Украину еще больше российских наемников и передать им танки, БТР и прочую тяжелую технику, в то время как до Мариуполя им поставляли лишь стрелкове вооружение и гранатометы.

Но это уже другая история.

Факт остается фактом, именно с дня штурма Мариуполя добровольческим батальоном МВД "Азов", при поддержке Нацгвардии и добровольцев из "Днепр-1", у украинцев появилась вера в победу и началось масштабное наступление на путинских террористов на всех фронтах.

И кто бы что сегодня не говорил, но вклад добровольческих подразделений МВД, Нацгвардии и ВСУ в защиту нашей Родины - бесценен, как и вклад каждого кто отдал свою жизнь и здоровье за защиту Украны от путинской агрессии.

П. С.

Конечно, в рамках поста в Фейсбуке всего что было сделано и пережито во время подготовки к штурму Мариуполя 13 июня не расскажешь. Для этого надо будет писать серьезный исторический труд.

Заранее прошу меня простить, если я кого-то не упомянул в моем повествовании, кто считает, что я должен был это сделать.

Так получилось ввиду ограниченности времени в скачущей по кочкам машине, едущей по направлению к Мариуполю.

Когда-нибудь, когда будет больше свободного времени, я думаю многие участники этих событий напишут мемуары и там отразят больше деталей тех памятных дней.

Думаю, что украинским историкам уже пора архивировать и изучать новешую историю Украины, после победы Майдана.

Это будет важно и полезно для общества.

Приложения.

1. План операции по освобождению Мариуполя.

2. Карта территорий находящихся под контролем сепаратистов на 20 мая и на 20 июня - после операции по штурму Мариуполя и начавшемуся наступлению в Луганской и Донецкой областях.

3. Фотографии штурма укрепрайона террористов 13 июня 2014 года. Отдельная благодарность за них Елене Билозерской и Андрею Дзиндзе, бойцу батальона "Азов" непосредственно принимавшем участие в штурме.

4. Одна из архивных видеозаписей штурма Мариупольского укрепрайона террористов. https://m.youtube.com/watch?v=BLtyPXx-LYM

Механізм демонтажу

фото:news.allcrimea

Україна розпочала денонсацію угод з Росією, які дозволяли Кремля тримати офіційний Київ на "короткому ланцюжку"

Денонсовані сьогодні українським парламентом угоди про військову співпрацю з Росією - яскравий приклад байдужості суспільства до рішень власних інституцій. Ну, і ще викриття міфу про Путіна, який змінив російську політику і вирішив перетворити Україну в колонію. Ні, Путін - всього лише старанний продовжувач експансіоністського курсу своїх попередників. Якби при владі в Росії знаходився б не самодур, а стратегічно мислячий політик, ми б точно опинилися у кремлівської упряжці.

Я добре пам'ятаю деякі зі скасованих сьогодні документів. Більшу їх частину було підписано практично одразу ж після перемоги Леоніда Кучми на виборах президента України 1994 року. Кучма, власне, і не приховував, що має намір змінити відносини з Москвою. І в цьому його підтримала більшість моїх співвітчизників, які чомусь вважали, що майже безкоштовний газ їм будуть поставляти просто за красиві очі. Однак соратники Кучми по боротьбі за владу - від тих, хто потім виявився в "регіональному" таборі і до тих, хто зараз позиціонує себе як демократ і вибухає гнівом на ток-шоу - ніяких ілюзій не мали. Всі разом вони пішли на здачу країни.

Кучма, втім, і в цій здачі був вірний собі. Він підписав потрібні Єльцину документи, але не поспішав з їхньою ратифікацією, звично залишаючи собі поле для маневру. Власне, ця особливість Кучми - не капітулювати, а маневрувати - і дозволила нам тоді виграти час.

Ну, а тепер подивимося на дати. Більшу частину документів було ратифіковано в парламенті вже після перемоги Кучми на парламентських виборах 1999 року і початку акції "Україна - без Кучми". Тоді ж, у грудні 2000 року, був підписаний один з найнебезпечніших договорів серед скасованих - міжурядова угода про взаємну охорону секретної інформації. Ця угода, яка перетворила Україну на прохідний двір для російських спецслужб, була підписано через кілька днів після оприлюднення Олександром Морозом у парламенті "плівок Мельниченка". Такий ось збіг. Російські спецслужби епохи Єльцина знали свою справу.

Так що весь вибуховий механізм, що дозволив демонтувати Українську державу в роки правління Януковича, був зібраний кремлівськими годинникарями набагато раніше - і при злочинному потуранні українського суспільства та політичної еліти. Майдан просто перервав цей процес і змусив Путіна до часу смикнути за чеку. І тепер, оглушені, але живі, ми маємо шанс зібрати державу заново.

ВІТАЛІЙ ПОРТНИКОВ

Чего заслуживает Сталин

Оказывается, меня можно вывести из себя! Ура, я живой!

Евгений Грин пишет мне вопрос в комментариях:

«Андрей, у меня был в голове совершенно другой комментарий, потом я прочитал про Сталина. И возник вопрос. Сталин кроме поругания и забвения больше ничего не заслуживает? Его можно рассматривать только как кровавого тирана и экономические, индустриальные вопросы не важны?»

Евгений, сразу прошу прощения за эмоции, я уважаю Вас и Ваш вопрос. Но уж больно он страшный. 

Итак, Евгений, любитель частных самолетов и гоночных машин, судя по заставке в ФБ, носитель длинных волос и любитель публичных выступлений, судя по фотографии. Рассказываю:

Вы уже десяток лет, после голодного студенчества, когда одну шинель вам приходилось носить пять зим, а ботинки (тоже одни) вам латал знакомый сапожник «за так», работаете инженером в КБ в Москве. На дворе расцвет СССР, Вы недавно смогли с женой и дочкой переехать из холодного угла избы ее родителей в районе нынешней ул. Свободы в отдельную комнату 9 кв. м в доме-малоэтажке на Соколе (правда у вас на 18 комнат один туалет и кран, из которого течет ржавая холодная вода, но по сравнению с промерзающим углом это роскошь). Жена работает учителем в школе, дочь — в яслях (вам повезло), двух зарплат с шестидневной работы вам хватает на скромную еду и типовую одежду, иногда к празднику вы можете даже подарить что-то жене, например, «вечную» ручку. Жену вы любите и балуете: она молодая (родилась в канун революции), уже «новый человек», нежная и добрая. Зря вы ее балуете — не знает она, что можно, а что нельзя. Лучше бы били, как большинство ваших бывших соседей по деревне ее родителей! Как-то в школе на педсовете, на разборе, почему не все учителя в достаточной степени доносят до классов справедливость и своевременность расправы с предателями и изменниками, она не только не выступает с сообщением о всеобщей радости, но даже тихо говорит своей многолетней подруге и коллеге: «Как этому вообще можно радоваться, какие бы они ни были, они же люди!» Говорит она это тихо, но доносов будет написано целых три, один — от подруги. Жену вашу возьмут через неделю, в час ночи. Будут спокойны и вежливы, вы на два голоса будете кричать, что это ошибка, и они будут уверять: конечно ошибка, но у нас приказ, мы довезем до места, там разберутся и сразу отпустят. Утром вы начнете пытаться выяснять, а ваши друзья на вопрос, как выяснить, будут уходить от разговора — и сразу от вас, при следующей встрече вас просто не замечая. Наконец вы дорветесь до нужного кабинета, но вместо ответов вам начнут задавать вопросы и покажут признательные показания: ваша жена была членом троцкистской группы, связанной с японской разведкой. Цель — развращать школьников и опорочивать советскую власть. На листе с показаниями будет ее подпись, дрожащая и слабая, в углу две капли крови. От вас будут требовать дать косвенные улики: «Не могла же она не говорить с вами на эти темы? С кем из подозрительных лиц она встречалась?» Вы будете кричать: «Этого не может быть, я знаю ее! Это провокация контрреволюционеров! Я буду жаловаться вплоть до товарища Сталина!» — «Ну хорошо, — скажут вам. — Вы сами решаете, помогать органам или нет. Идите». Впрочем, возможно, что вид крови вызовет у вас приступ тошноты, к голове прильет, станет жарко, руки похолодеют и начнут мелко дрожать, а в груди появится мерзкое чувство тоски. Вы сгорбитесь и неожиданно услышите свой голос, говорящий: «Да, да, да, конечно, теперь я понимаю, да, она говорила мне не раз, но я думал что это она — от доброты, но я, знаете ли, я всегда ей твердо говорил...» — «Пишите», — подвинет вам карандаш «начальник». И вы напишете. Но это неважно, потому что в обоих случаях за вами придут через 4 дня — 4 дня, в течение которых вас не будут замечать коллеги и знакомые, и даже родители жены не пустят вас на порог. Вы пройдете все стадии — возмущения и страха; после первых побоев — ужаса и возмущения; когда вы усвоите, что бить вас будут дважды в день — в камере «по-народному», отбивая почки, ломая нос и разбивая лицо, а на допросе «по-советски», выбивая печень, разрывая диафрагму, ломая пальцы, раздавливая половые органы, — вы сживетесь с ужасом, и никаких других чувств у вас больше не будет. Вы даже не будете помнить, что у вас была дочь (и где она?) и жена. 

Вам повезет. Вы быстро подпишете все, что надо. Еще 6 человек возьмут на основании ваших показаний, лишь одного из них вы знаете, это тот коллега, который отказался с вами здороваться. Когда вы будете подписывать показания на него, только на этот миг у вас проснутся человеческие чувства: вы будете испытывать злорадное удовлетворение. Чудо будет в том, что вас обвинят всего лишь в недонесении (либо следователям приятно сочинять сложные истории, либо есть разнарядка на разные статьи). Вы отправитесь в лагерь, просидев 5 лет, попадете на фронт, в первом же бою вас ранят в руку, она так никогда и не выздоровеет до конца, и поэтому опять на фронт вы не попадете — вас вернут в ваше КБ. Бить вас в лагере (чуть вернемся назад) будут еще много и часто, зубы будут выбиты, нос свернут навсегда, пальцы, которые умели играть на гитаре, больше никогда не смогут даже нормально держать ручку. Вы никогда уже не сможете спокойно смотреть на еду и будете запасать под подушкой черные корки, вы будете пожизненно прихрамывать, никогда не спать больше четырех часов и вскакивать от каждого шороха, а звук машины за окном ночью будет вызывать у вас сердечный приступ. 

Вы попытаетесь найти вашу дочь, но не найдете: ее отправили в специальный детдом для детей врагов народа, дальше война и следы теряются. Архивы бы помогли, но они закрыты и не будут открыты.

Вы никогда не узнаете, что сталось с вашей женой, но я вам расскажу — я же все знаю. Вашу жену доставили в приемник и сразу там же, не дожидаясь допроса, изнасиловали находившиеся в том же приемнике уголовники. Их было шестеро, у них было два часа, охрана не торопилась, а следователь запаздывал — много работы. Она сопротивлялась примерно минуты три, пока ей не выбили 5 зубов и не сломали два пальца. Вот почему ей было трудно подписывать признание. Но кровь на бумаге была от разорванного уха (разбитый нос уже не кровоточил после пятичасового допроса). Ухо ей разорвали на допросе — следователь, не дожидаясь ответа, будет ли она признаваться, ударил ее несколько раз подстаканником по голове (на самом деле он злился, что чай холодный, работы до черта, и девка красивая и в теле, почему сволоте уголовной можно, а ему, офицеру, нет?!). Она тоже быстро все признала и подписывала все, что скажут, один раз только она заколебалась — когда подписывала показания на вас. Но ей сказали, что отправят в мужскую камеру, и она подписала. Ее тоже быстро отправили в лагерь. Но она была менее гибкой — вы быстро научились прислуживать блатным и воровать пайку, когда никто не видит, а она все пыталась защищать других от издевательств, за что ее ненавидели и блатные, и забитые доходяги. Как-то через примерно год, когда она сказала что-то типа «нельзя же так бить человека!», кто-то из блатных баб придумал: «Ах нельзя? Ну так мы должны тренироваться, чтобы правильно научиться — даешь, б*дь ДОСААФ!» Ее раздели и били, показывая друг другу, кто как умеет, а «политических» заставили оценивать удары по десятибалльной шкале. Каждый удар вызывал оживленные споры среди жюри, ведь надо было отдать кому-то предпочтение, а проигравший мог обидеться. Никто не заметил, когда она умерла: упала быстро, били лежащую. Заметившая сказала: «Сука, сдохла, так не интересно. Шабаш всем!»

Вы прожили еще 15 лет после войны, умерли в 50 лет от инсульта. Вы жили все это время конечно не в своей старой комнате на Соколе, а в полукомнате, которую Вам выделил Минсредмаш (за картонной перегородкой жила семья из 4 человек, дверь была одна, но и туалет уже всего на 7 комнат). Половину этого времени вы получали большинство товаров (а нужно-то вам было всего ничего) по карточкам и талонам. Вы так и не успели купить радиоприемник, слушали радиоточку, которая была на половине соседей, но почти всегда включена. Когда у вас отказала левая половина, вас уже через 6 часов вывезли в больницу и положили на матрас в коридоре. К вам не подходили, так как признали безнадежным. Вы умирали в своей моче и экскрементах еще около суток, но это было ничто по сравнению с лагерем — это было так же хорошо, как отправка на фронт, как ранение, как узнать, что рука не будет работать, как верить в то, что ваша жена умерла и не мучается (до 56-го вы только верили, а не знали). 

Я хочу, чтобы вы знали: все, что с вами случилось, нельзя рассматривать в отрыве от экономических и индустриальных вопросов. Ибо есть еще те, кто верит, что Россия стала экономически сильной если не за счет ваших небольших неприятностей, то по крайней мере одновременно с ними. 

Ну что ж. Давайте не будем в отрыве. Россия в это же время пережила чудовищный голод (до 8 млн жертв, до 3 млн умерших напрямую от голода) — единственная в Европе. Россия распродала фантастические запасы драгоценностей и искусства. Россия содержала в голоде, холоде и болезнях своих граждан — все время до войны и 20 лет после. Для чего? Для того чтобы суметь выпускать только и исключительно танки, пушки, военные самолеты и автомобили, обмундирование и сапоги. Россия ни тогда, ни после того не смогла произвести ни одного стоящего потребительского товара, ни одной своей технологии (даже ракеты и ядерную бомбу украли). Правда, груды танков не спасли СССР от вдвое меньшего по численности и вооруженности врага, который пропахал всю европейскую часть, пока мы перевооружались американскими подачками и ели американскую тушенку.

Цена страха Европы перед коммунизмом, цена сталинской стратегии «ледокола», цена коллаборационизма перед войной — 26 млн жизней. Цена репрессий — не менее 3 млн трупов и 6 млн вернувшихся из лагеря. Цена раскулачиваний и «вредительских-расхитительских» законов — еще 4 млн. Треть страны. Зачем? Чтобы сперва за счет Запада начать делать плохую сталь и старые танки, а потом уставить свои заводы трофейными станками и работать на них до 21-го века? Чтобы безнадежно отстать в сельском хозяйстве (генетика — буржуазная лженаука) и кибернетике (продажная девка империализма)? Чтобы до 90-х годов не изжить бараки, до 80-х не избавиться от господства коммуналок? Чтобы телевизор через 30 лет после войны стоил полугодовую зарплату кандидата наук, автомобиль — 5 лет работы, квартира (кооператив!) — 20 лет работы, если позволят, и где дадут — там дадут?

СССР родился нищей страной, был нищей страной при Сталине и умер нищей страной. Диктатуры богатыми не бывают (если это не Сингапур). 

Нам нужна десталинизация. Это чудовище и спустя 60 лет после смерти продолжает тянуться к нам своими лапами — через тех, у кого нет воображения. Надеюсь, у вас оно есть, и вы сможете представить себе: ваш ребенок наконец уснул, и вы с женой посидели у лампы, на которую накинут платок, стоящей на стуле. Она говорила вам что-то о том, как это жестоко — не только наказывать предателей (ну конечно, иначе никак, я же понимаю), но еще и радоваться казням, это же средневековье какое-то, я же учитель истории, я же знаю... Вы еще сказали ей «смотри, договоришься!» и смеялись. Вы легли заполночь и еще не заснули, когда услышали шум машины под окном. Машин в то время ездило мало, но мало ли что за дела у людей в городе — вы не придали этому значения...

"Это эпическое сопротивление. Это был тот самый украинский Сталинград. Там собрался цвет нации", - Лойко о битве за донецкий аэропорт

Донецкий аэропорт стал украинским Сталинградом. Там, в аэропорту, в прямом смысле слова собрался цвет украинской нации. Интеллигентные, цельные, разумные люди, которые отчетливо осознавали, что и для чего делают.

Об этом в своем интервью gordonua.com рассказал фотокор Los Angeles Times Сергей Лойко, получивший престижную американскую премию за репортажи о войне в Украине. Американский журналист рассказал о самых впечатляющих, героических и ужасающих моментах битвы за Донецкий аэропорт, которые ему довелось увидеть, передаетЦензор.НЕТ.

"Донецкий аэропорт киборги удерживали 242 дня. Его невозможно было защитить. Чем раньше взорвали бы эти здания и полосу, чем быстрее ушли бы оттуда, тем больше бесценных жизней удалось бы спасти. Это был тот самый украинский Сталинград. Защитники аэропорта решили, что именно от них зависит судьба страны. Их отвага передалась командирам. Это эпическое сопротивление. Там, в аэропорту, в прямом смысле слова собрался цвет украинской нации. Интеллигентные, цельные, разумные люди, которые отчетливо осознавали, что и для чего делают", - заявил Лойко.

Смотрите также на "Цензор.НЕТ": Героям-"киборгам" посвящается. Полная версия фильма "Аэропорт". ВИДЕО

"Я быстро нашел общий язык со всеми киборгами, они разрешали себя фотографировать. А этот, такой красивый, высокий, широкоплечий, поджарый блондин с голубыми глазами мне сказал: "Вы меня не снимайте, дядя Сережа. Я суеверный. У меня невеста есть. Я хочу вернуться домой". И он единственный тогда погиб", - вспоминает журналист.

"Андрей попросил не фотографировать его. Я снимал его сбоку и сзади, чтобы не попало в кадр лицо. Он единственный, кто тогда погиб". Фото: Сергей Лойко

"Он был ранен двумя пулями калибра 12,7 мм, выпущенными из пулемета "Утес". Из такого стрелял Пореченков. Одна пуля попала в бедро, вторая - в живот. Это произошло в старом терминале. А эвакуировать раненых можно было только из нового. Бронетранспортер не подходил к старому - там обстрел с трех сторон, а значит, высок риск потери техники и людей. Тогда решили эвакуировать на носилках. Для этого надо было пробежать по взлетному полю 150 метров. Полоса представляла собой искореженное снарядами пространство, где лежали железные обломки, оружие, разбитая техника, тут и там поставлены растяжки... И пара ребят - они настоящие герои - так хотели спасти Андрея, уложили его на носилки и помчались по этому кошмарному полю", - рассказал фотограф.

"Мне в детстве несколько раз снился такой сон (теперь понимаю почему), будто я бегу по болоту, которое кишит змеями. Я понимаю: только на секунду остановлюсь, меня укусят. Страх, жажда жизни, отчаяние гонят меня вперед, и я бегу по клубкам змей с ужасной скоростью. Этот сон я совсем забыл, а в донецком аэропорту на том взлетном поле вспомнил. Сам прошел из нового терминала в старый и обратно. Я шел ночью, но это не делало поход менее опасным - ожесточенная стрельба с наступлением темноты не прекращалась. А парни, преодолевая все препятствия, бежали днем с носилками, на которых лежал большой раненный человек. В них стреляли...", - добавил он.

Смотрите также на "Цензор.НЕТ": В Украине совершенно искусственная война, для которой не было ни одной причины, - журналист и фотограф Лойко. ФОТОрепортаж

"Андрея увезли на бронетранспортере в больницу. Он умер от большой потери крови на операционном столе. Один из этих киборгов потом рассказал мне: "Я бегу со страшной скоростью, но мне кажется, что еле двигаюсь. Я не то что слышу, а вижу каждую пулю, пролетающую у меня перед глазами, сбоку, слева, справа". И это не выдумки. В такие минуты настолько обостряются все чувства, что мозг воспринимает происходящее, как в рапиде (замедленной съемке)", - подчеркнул Лойко.

"Внутри разрушенного старого терминала противников разделяла стена. В одной части находились украинские солдаты, в другой - враги. В стене было много дыр, через которые можно было видеть все происходящее у противника, стрелять. Потом и эта стена упала.
Весь пол завален обломками и предметами военного действия. Боец с автоматом Калашникова шел через эту комнату. Он не позировал. Он даже не знал, что я его снимаю. Он не глядя перепрыгивал через препятствия, так интересно топтался, словно танцевал. И я, наблюдая за ним, вдруг услышал музыку. Солдат так красиво двигался, будто уворачивался от пуль, влетавших в окно, а автомат был продолжением его рук. Жалею, что не снял видео. Это длилось всего несколько мгновений. Потом боец пересек комнату, прильнул к тому, что раньше было окном, и начал стрелять... Я подумал: какая нелепица! Такой красивый парень. Его талант в обычной жизни мог раскрыться в чем-то другом. Он мог прекрасно писать, рисовать, петь. Но у него проснулся талант "танца смерти", а его аудиторией являются пули. Пролетая мимо, они, как и я, видели этот танец, наслаждались зрелищем и щадили его", - рассказал Лойко историю одного из своих снимков в Донецком аэропорту.

"Танец смерти". Фото: Сергей Лойко

Читайте также на "Цензор.НЕТ": "Никто народу Крыма и Донбасса не угрожал, кроме гиркиных и бородаев", - престижную американскую премию получил журналист и фотограф Сергей Лойко за материалы об Украине

"Шла жуткая перестрелка. У окна три киборга. Вокруг них в стены и потолок постоянно били пули. Они стреляли в нападавших, которые вот-вот пойдут в наступление. И даже не замечали, что я был рядом. В этот момент противник выпустил мину. Бойцы замерли...
Мина летит одну-две секунды. Я, как и они, слышал нарастающий звук приближающегося снаряда. Этот свист заполнил все пространство и стал всем в моей жизни. Он мог быть последним услышанным звуком... Парни окаменели, не могли двинуться с места и пытались определить, куда она летит. Когда мина разорвалась за бруствером, они вдруг стали оживленно спорить о том, что если слышишь звук, значит снаряд пролетит мимо. А потом спохватились и снова открыли огонь по противнику. Эта фотография напоминает мне полотно художника Караваджо. Такие театральные позы. Все три взгляда устремлены в одну сторону, и в каждом - не страх, а надежда, напряженное ожидание, и юношеский азарт", - вспоминает фотограф.

"Полет шмеля". Фото: Сергей Лойко

"Очень редкий момент и кадр. Этот солдат не ранен и не убит. Он просто спал. А вокруг шел страшный бой. Со стен и потолка падали ошметки, пули пронизывали все здание. В этом кадре - полный хаос и несоизмеримость происходившего. Все кругом, сделанное из камня и железа, разрушено. И только один человек из крови и плоти спокойно спит", - пояснил Лойко.

Читайте также на "Цензор.НЕТ": "Цензор.НЕТ" начинает проект "Российско-украинская война: боевые операции"

"До смерти четыре шага". Фото: Сергей ЛойкоИсточник:http://censor.net.ua/n335897Источник:http://censor.net.ua/n335897

Военный Мариуполь, 23 месяца оккупации: расстрелы евреев, открытие храмов и театра, депортация

К 70-летию Победы
07:0007.05.2015

Вечером 8 октября 1941 года части 1-й танковой группы вермахтазаняли Мариуполь. Началась 23-месячная оккупация города, 16 месяцев из которых Мариуполь был прифронтовым городом.

Фронт с конца ноября 1941 по май 1942 года и в феврале-сентябре 1943 г. находился в 124 км от города – на Самбекских высотах под Таганрогом. Это, конечно, не то, что сейчас, когда враг стоит в 21 км от города. Но в 41-м году шла полномасштабная война с применением боевой авиации и ВМС, а потому дыхание фронта ощущалось явственно.

До того, как союзник Гитлер нанес 22 июня 1941 г. упреждающий удар по своему союзнику Сталину, с киноэкранов, со страниц газет и из радиоприемников советским людям внушалась мысль, что воевать мы будем исключительно на вражеской территории («…но и своей (земли – прим. авт) вершка не отдадим» - пелось в популярной песне из кинофильма «Трактористы»). То есть сама возможность вражеской оккупации территории СССР отбрасывалась, а трезвая оценка ситуации расценивалась как пораженчество и контрреволюционная пропаганда (караемая 10 годами лагерей).

Мариупольский рынок в годы оккупации.

Поэтому быстрое продвижение вермахта по советской территории вызвало шок у всех - от руководства страны до простых рабочих и колхозников. Оправившись от потрясения, советские пропагандисты стали твердить, что война скоро закончится и РККА погонит врага назад. Поэтому, оказавшись в оккупации, люди не знали, сколько она продолжится. Этого не знало и советское руководство.

Немцы же пришли, как они думали, навсегда. Дабы обезопасить тыл, они с первых дней оккупации начали показывать, кто в доме хозяин. Как только тот или иной город попадал под оккупацию, власть в нем осуществляла военная администрация. По мере продвижения линии фронта на восток, власть от военных переходила к гражданской администрации. Гражданская администрация состояла из членов правящей в рейхе НСДАП, то есть, коммунистическую администрацию заменила нацистская. Режим гражданской администрации был в основном таким же жестким, как и при СССР.

О военной администрации

Мариуполю повезло. Учитывая прифронтовой статус, в нем заправляла военная администрация, режим которой был намного мягче, чем в соседней Запорожской области, входящей в состав рейскомиссариата «Украина», где правила гражданская администрация. Его нельзя было назвать гуманным (по словам Гитлера, не для того немецкие солдаты проливали кровь на фронте, чтобы освободить украинцев), но он был мягче, чем во многих других районах оккупированной Украины. Часто на местах местное командование игнорировало распоряжения, поступающие из Берлина, если они были жестокими и кровавыми.

Само собою, игнорировали не по доброте душевной, а понимая, что это обозлит население. А в прифронтовом городе такие настроения нежелательны.

В целом же карательные меры оккупантов повторяли репрессивную политику Советской власти вплоть до этнических чисток и принудительного вывоза на работы с той разницей, что в СССР вывозили на Колыму, а во время оккупации - в Германию. Но писать и публично говорить об этом в СССР было запрещено, чтобы у народа не сложилось мнение о сходстве двух режимов.

Система власти при оккупации была простой. Высшим органом руководства в городе была военная комендатура, организованная 10 октября 1941 г., которой подчинялись все службы города. Комендантом Мариуполя был генерал Гофман. Гражданское самоуправление было возложено на городскую управу во главе с бургомистром Николаем Комровским.

Комендатура размещалась в бывшем горисполкоме (на месте дома со шпилем, где расположена «Итальянская пиццерия». Управа – в бывшем горуправлении милиции (сгоревшего в прошлом году).

Военная комендатура подчинялась начальнику тыла группы армий «Юг», штаб которой находился в Мариуполе.

Для поддержания порядка была создано управление полиции под руководством бывшего офицера Армии УНР Ивана Степаненко, имевшее отделы в 4 административных районах Мариуполя. Управление полиции было также в здании бывшего (и будущего) горуправления милиции. В ведении полиции были уголовные и экономические преступления. Делами подполья и шпионажа, а также этническими чистками занимались гестапо (имевшее с апреля 1942 г. «русский» отдел), ДКС (Допоміжна кримінальна служба)), эйнзацкоманда №10 и СД. Гестапо и ДКС располагались напротив – по проспекту Республики (ныне Ленина).

Розыском бежавших советских военнопленных занималась полевая жандармерия, находившаяся по ул. Апатова (сейчас Итальянская) в здании, где сейчас размещается городская налоговая инспекция.

«Еврейский вопрос»

Первым делом, прекратив беспорядки и грабежи в городе, комендатура и гестапо принялись «решать» еврейский вопрос. 15 октября 1941 г. всем евреям приказали собраться с вещами у казармы бывшего 238-го стрелкового полка (ныне красный корпус ПГТУ) якобы для вывоза в Палестину. Продержав евреев в казарме несколько дней, немцы небольшими группами погнали людей в село Агробаза, где 17-20 октября их расстреляли. Спастись сумели лишь единицы. Одна из чудом спасшихся Сара Глейх оставила воспоминания о том страшном дне, когда она родилась во второй раз – выбралась из-под трупов. Точного количества расстрелянных мариупольских евреев неизвестно до сих пор. Назывались цифры от 8 до 12 тыс. человек. Надо сказать, что советские органы власти знали о массовых расстрелах евреев в западной и центральной Украине, но ничего не предприняли для их эвакуации из Мариуполя.

Село Агробаза, место расстрела мариупольских евреев.

Евреи возле металлургического института.

Не лишним тут вспомнить о том, что многие мариупольцы спасали евреев с риском для жизни. Около 40 человек спасла семья командира РККА Константина Олейниченко, в 1950-1960 гг. первого секретаря Ждановского горкома КПУ. За этот подвиг семье Олейниченко было присвоено звание «Праведники мира» (Израиль) с нанесением их имен на стену Мира в Иерусалиме.

Как вспоминал подпольщик ОУН Левко Рысь, после войны оказавшийся в Англии, при захвате города немцы обнаружили в банке 900 тыс. руб, приготовленных для выдачи эвакуированным, но так и не выданным, и передали их на нужды Мариуполя.

Об образовании

Управа жестко следила за охватом детей школьным образованием. При немцах работала 41 школа, металлургический институт и техникум. Причем за неимением своих учебников, использовались советские. Только история Украины (введенная при оккупации) и украинский язык изучались по учебникам авторства известного историка Ивана Крипьякевича, специально изданном в октябре-ноябре 1941 г. в Мариуполе, и начальника отдела образования горуправы Петра Губенко. За непосещение школы детьми родителям грозил штраф до 500 руб (2 месячных зарплаты). Это была инициатива сугубо городской управы.

О театрах, кинотеатрах и антифашистском подполье

При оккупации работали три кинотеатра. Кинопоказ возобновился 10 декабря 1941 г. Показывались советские фильмы «Антон Иванович сердится», даже заидеологизированные «Волга-Волга» и «Богдан Хмельницкий», а также немецкие фильмы, дублированные на украинском языке.

Быстро возродился городской театр, ставший украинским. Ученик гениального Леся Курбаса Андрей Ирий собрал вокруг себя артистов, заброшенных вихрем войны в Мариуполь. 16 ноября 1941 г. актеры решили открыть театр. Уже 20 ноября «Маріупольська газета» сообщила о подготовке оперы «Запорожець за Дунаєм». Возглавил театр Андрей Ирий (Авраменко).

Мариупольский театр.

9 марта 1942 г. театр получил имя Тараса Шевченко. По данным театроведа Валерия Гайдабуры, труппа театра им. Шевченко насчитывала 30 актеров. Ставилась в основном украинская классика и устраивались вечера в честь Тараса Шевченко, в чем «органы» НКГБ обвинили режиссера.

Кроме руководства театром, Андрей Ирий возглавил Мариупольскую «Просвіту», созданную 16 июля 1942 г. В «Маріупольській газеті» он писал о Лесе Курбасе, Иване Карпенко-Каром и других театральных деятелях.

Также Ирий-Авраменко был одним из руководителей антинацистского подполья ОУН. Местом встреч подпольщиков стал театр, о чем пронюхало гестапо и в конце 1942 г. арестовало режиссера. Благо, гестапо находилось в том же квартале, что и театр – на пересечении проспекта Республики с ул. К.Маркса — и Ирию во время эвакуации пленных удалось сбежать, но вскоре он попал в лапы «Смерша» и был расстрелян.

Театр после ареста режиссера прекратил существование.

1 ноября 1941 г. начал работу городской радиоузел (директора Илья Мясоед, Евгений Мороз). Узел использовался подпольщиками как явочная квартира, за что Мороз, член ОУН, был арестован гестапо и расстрелян возле Агробазы. Он единственный из членов ОУН, расстрелянных в Мариуполе, значится на памятнике павших в Великой Отечественной войне на центральном кладбище Мариуполя.

12 августа 1942 г. стараниями Николая Фененко был открыт краеведческий музей с экспозицией из трех разделов. В марте 1942 г., после выявления и уничтожения марксистской литературы, были открыты 2 частные библиотеки. В уничтожении книг нацисты не были оригинальными – в 1931 г. в Мариуполе из библиотек были изъяты книги «буржуазного» содержания. Теперь изымались коммунистические.

О медицине

Медицинское обслуживание было на уровне. Уже в 1942 г. в Мариуполе работали 5 больниц, 3 поликлиники, 3 амбулатории, 7 аптек. Кроме того, медицинскую помощь местным жителям оказывали в немецких госпиталях. Чтобы не допустить распространения венерических заболеваний среди военнослужащих рейха, мариупольчанок бесплатно лечили от вензаболеваний немецкие врачи. Советским военнопленным помощь оказывалась в гражданских больницах. Действующая в больнице № 1 подпольная группа врачей и медсестер под руководством Бориса Гнилицкого (кстати, самая результативная и удачливая группа, потерявшая всего 3 человек) спасла и устроила побеги более 500 советским военнопленным, среди которых был летчик-истребитель Герой Советского Союза майор Яков Антонов. Однако по невыясненным обстоятельствам Антонов все-таки погиб и по некоторым данным похоронен на немецко-румынском военном кладбище на площади Революции (ныне Театральный сквер).

О религии

Пользуясь лояльностью командования немцев, в Мариуполе начали открываться церкви, запрещенные в СССР. Работу по их открытию возглавил протоиерей Киприан Оржицкий. Учитывая то, что все церкви в Мариуполе были разрушены летом-осенью 1937 г., службу приходилось проводить в неприспособленных помещениях. Первая церковь открылась в начале ноября 1941 г. на первом этаже азовстальской пятиэтажки по проспекту Республики (сейчас головное отделение Первого украинского международного банка). В 1943 г. в городе насчитывалось четыре православных храма и одна католическая церковь (для немецких, итальянских, хорватских и словацких военнослужащих). Открытые церкви объявили о приверженности Украинской автокефальной православной церкви. 6 декабря 1942 г. в церковь на проспекте Республики (там служил Оржицкий) были торжественно перенесены после крестного хода из краеведческого музея останки митрополита Игнатия, приведшего греков в Мариуполь в 1780 г. В сентябре 1943 г., когда в результате обстрела загорелась церковь, часть мощей спас 16-летний служитель церкви Василий Мултых.

О трудовой повинности

Как и в СССР, Третий рейх не терпел бездельников. Уже 10 октября по городу расклеили объявления с требованием всем рабочим и служащим вернуться на старые места работы. Большинство так и сделало. Хотя не все. Знаменитый в будущем металлург завода им. Ильича Иван Лут (с 1958 г. Герой Социалистического Труда) во время оккупации изготавливал валенки и продавал их на Ильичевском рынке, хотя до оккупации работал подручным сталевара мартеновского цеха.

А во время Сталинградской битвы 9 декабря 1942 г. немцы в лице начальника управления труда Аренса ввели всеобщую трудовую повинность, которой подлежали даже подростки от 12 лет. Они обеспечивались посильной работой на заводах. За невыход на работу устанавливался штраф.

С 25 мая 1942 г. приказом военного коменданта Мариуполя Гофмана начался вывоз мариупольцев на работу в Германию, сначала добровольный, затем по повесткам. Всего в Германию были вывезены около 60 тыс. мариупольцев, в том числе и мать автора статьи 1926 г. рождения. По воспоминаниям врача Майи Будниковой тех, кто не горел желанием ехать в Германию (особенно в 1943 г.) «перевоспитывали» в подвале полиции.

После войны некоторые из тех, кого угнали в Германию, не захотел возвращаться домой. Многие не дожили до освобождения. Некоторые из тех, кто смог вернуться домой, были репрессированы «за измену родине».

В Мариуполе же все трудоспособное население города было занято на всевозможных работах, в том числе и для вермахта. Никто не вправе осуждать их. Люди выживали. Боролись с голодом и страхом. Боролись за жизни своих детей. Если кто и заслуживает осуждения, то в данном случае советское руководство, которое после освобождения Мариуполя развязало массовые репрессии и гонения среди местного населения «за предательство». Так было, начиная с сентября 1943 г.

Вадим Джувага   

Незваные гости в военном Мариуполе

К 70-летию Победы
07:0006.05.2015

О приезде Гитлера в Мариуполь написано немало, но для большинства мариупольцев факт пребывания в нашем городе фюрера Третьего рейха кажется невероятным. Однако он был здесь.

29 ноября 1941 г. войска Южного фронта неожиданно для командования группы армий «Юг» перешли в контрнаступление, и, выбив немцев из Ростова-на-Дону (оставленного 21 ноября), устремились к Таганрогу. Только на Самбекских высотах, в 18 км к востоку от Таганрога, советские войска были остановлены.

Контрнаступление РККА (первое мощное с начала войны) привело Гитлера в ярость. Как так, его непобедимые войска не только остановлены, но и пятятся назад! Решив, что в отступлении под Ростовом виноват лично командующий группы армий «Юг» фельдмаршал Карл фон Рундшедт, фюрер прилетел на фронт лично снять его.

Напомним, что штаб группы армий «Юг» находился в Мариуполе, в здании бывшего уездного земства по улице Розы Люксембург (ныне Земской). Сейчас от двухэтажного здания остался один этаж, на который в 1960-е было надстроено три этажа, и в таком виде он стоит и сейчас.

Штаб группы армий "Юг".

1 декабря 1941 года Мариуполь принимал «высоких гостей» из далекой Германии. Со своего личного самолета «Юнкерс-87» на мариупольскую землю ступил Адольф Гитлер, великий вождь немецкого народа (так его называла нацистская пропаганда) и освободитель (как утверждали многочисленные плакаты, наклеенные на улицах). Аэродром находился в Ильичевском районе, недалеко от современной площади Независимости.

Мариуполь встретил фюрера хорошей солнечной погодой и полным отсутствием снега. В самолете у Гитлера замерзли ноги, и один из пилотов дал ему свои сапоги. Уже в Мариуполе фюрер переобулся, и поставил сапоги возле самолета. Именно по сапогам возле самолета удалось найти фото Гитлера в Мариуполе.

Фюрер сел в машину и поехал от аэродрома в центр города. Он приехал не поесть азовских осетров (тогда их в море хватало), а снимать головы. Разъяренный фюрер не скрывал, что собственноручно сорвет погоны с фон Рундшедта, однако за командира заступился сам Зепп Дитрих – личный друг фюрера, бывший командир личной охраны фюрера. Дитрих тогда командовал 1-й танковой дивизией СС «Лейбштандарт «Адольф Гитлер», передовой отряд которой захватил Мариуполь 8 октября 1941 года.

Зепп Дитрих в Мариуполе.

При приезде фюрера здание бывшего земства (на пересечении проспекта Ленина и улицы Земской) оцепила полевая жандармерия, однако любопытных не гоняли, и мариупольцы могли увидеть Гитлера. Об этом автору рассказал известный краевед Аркадий Проценко, живший напротив этого здания.

После совещания Гитлер пешком прошелся с генералитетом по проспекту Республики (теперь Ленина) до здания гестапо (дом № 38). Со столбов на фюрера грозно смотрел его двойник, а напротив гестапо были приклеено приветствие Гитлеру от мариупольцев на русском языке. Неизвестно, обратил ли фюрер внимание на знаки внимания, но мариупольцам рукой помахал.

Бывшая домработница первого директора «Азовстали» Гугеля поделилась впечатлением, что Гитлер поразил ее скромной одеждой: его кожаный плащ выглядел тускло на фоне парадных шинелей генералов. После посещения гестапо, Гитлер уехал на побережье моря и заночевал на «Белой даче». Краеведы не пришли к общему мнению, что же называли «Белой дачей» (есть два варианта) – то ли детский санаторий, то ли гостиница, которую и сейчас можно увидеть недалеко от профилактория «Азовмаш».

Пока по находящимся у краеведов материалам трудно установить, где же заночевал Гитлер. Однако то, что он в Мариуполе ночевал, подтверждает его личный секретарь, попавший в плен в конце войны и допрошенный в мае 1945 года. «Фюрер ночевал в Украине два раза – в Полтаве и Мариуполе», - утверждал гитлеровский секретарь.

Утром 2 декабря Гитлер пошел на берег моря (как сделал за 21 год до него его главный враг и соперник за мировое господство Иосиф Сталин, любивший отдыхать на морском берегу во время пребывания в Мариуполе летом 1920 года). Как известно, фюрер в молодости был художником, преуспел в изображении пейзажей, любил горы (недаром его резиденция Берхгоф находилась в Баварских Альпах). Вдохновило ли фюрера Азовское побережье на создание картин, как его учителя живописи в Мюнхене известного украинского художника Николая Глущенко, написавшего несколько картин в Жданове? Кто знает…

Затем автомобиль увез фюрера на аэродром.

Гитлер вылетел в Полтаву.

В городе, кроме немцев, почти постоянно находились союзники Третьего рейха, причем их части также прочно вошли в историю войны, как и «Лейбштандарт «Адольф Гитлер». Так, в Мариуполе в 1942 году были расквартированы итальянские морские подводные диверсанты из легендарной 10-й флотилии МАС (motoscafo anticommerjibile – противолодочный моторный катер), которым приписывают уничтожение советского крейсера «Новороссийск» в 1955 году.

Мариуполь, 1942 год

Для борьбы с советскими надводными судами на Азовском море в Мариуполе использовался хорватский морской легион численностью от 200 до 1000 человек, базировавшийся в порту на знаменитом паруснике «Товарищ», который советской пропагандой объявлялся потопленным.

К землякам в Мариуполь летом 1942 года приехал руководитель Хорватии Анте Павелич (фото ниже).

Кроме него и Гитлера, в декабре 1941 года Мариуполь посетили итальянский дуче Бенито Муссолини и король Румынии Михай І. В отличие от Гитлера и Павелича, руководители союзных Гитлеру стран не остановились в Мариуполе, а проехали с аэродрома на фронт : Муссолини - на железнодорожный вокзал, а Михай - через Левый берег в Виноградное, где базировались румынские патрули, охранявшие побережье моря от советских диверсантов, пробиравшихся в Мариуполь из Ейска по льду. Румынские офицеры организовали своему королю квартиру в престижном пятиэтажном доме возле городского парка, реквизировав в окрестных домах всю мало-мальски пристойную мебель, которую так и не вернули. Квартира была предусмотрена на всякий случай, если монарх все-таки останется ночевать в Мариуполе. Но Михай проехал город без остановок.

Кстати, о приезде Гитлера в Мариуполь официоз городской власти «Маріупольська газета» написала только через полгода, к 53-й годовщине со дня рождения фюрера. Мариупольская оккупационная пресса напомнила мариупольцам о пребывании фюрера в нашем городе.

О приезде остальных вождей стран – союзников Гитлера в мариупольских газетах не писали. Найти их фото в Мариуполе (а они безусловно были) пока не удалось.

Вадим Джувага